Начальная страница

Тарас Шевченко

Энциклопедия жизни и творчества

?

9 [сентября 1857]

Тарас Шевченко

Варіанти тексту

Опис варіантів

Симбирск-от видишь,

А неделю идешь.

Бурлацкая поговорка

С восходом солнца далеко, на пологой возвышенности, упирающейся в Волгу, показался Симбирск, т. е. несколько белых пятнышек неопределенной формы. Матрос ст[арший?] вахтенный, указывая мне на беленькие пятнушки, проговорил бурлацкую поговорку, которую я тут же и записал. От Сенгилея до Симбирска 50 верст, и это пространство мы прошли не в продолжение недели, но в продолжение битых десяти часов. «Князь Пожарский» сегодня как-то особенно медленно двигался вперед. А может быть, мне это так показалось, потому что Симбирск не сходил с горизонта, в котором мне хотелося побывать засветло, взглянуть на монумент Карамзина. Симбирск наконе[ц] же вместо того, чтобы приблизиться ко мне, он, увы! скры[лся] совершенно скрылся за непроницаемой завесой, сотканной из дождя и снега. Мерзость эта усиливалась, вечер быстро близился, и я терял надежду видеть на месте, видеть музу истории, которую я видел только в [г]лине в мастерской незабвенного Ставассера. Чего я боялся, то и случилось. Едва к пяти часам «Князь» положил свой якорь у какой-то при[стани] досчатой пристани, прочая декорация была закрыта дождем с снегом. Несмотря на все это, я решился выйти на берег. Черноземная, моя родная грязь по колена, и ни одного извозчика. Промочивши в луже и грязи ноги, я возвратился, нельзя сказать, благополучно, на пароход.

Другой раз я проезжаю мимо Симбирска, и другой раз не удается видеть мне монумент придворного историографа. Первый раз в 1847 меня провез фельдъегерь мимо Симбирска. Тогда было не до монумента Карамзина. Тогда я едва успел пообедать в какой-то харчевне, или, л[учше?] вернее сказать, в кабаке. Во мне была (как я после узнал) экстренная надобность в Оренбурге, и потому-то фельдъегерь неудобозабываемого Тормоза не дремал. Он меня из Питера на осьмые сутки поставил в Оренбург, убивши только одну почтовую лошадь на всем пространстве. Теперь же, в 1857 году году, вместо экстренности – ночь и с такими отвратительными вариациями, что глупо бы и думать о монументе Карамзина.

По случаю двадцатиоднолетней супружеской жизни Катерины Никифоровны Козаченко за завтраком съели побороли мы двух великанов, под именем пироги, с разными удивительными внутренностями, и по этому-то необыкновенному случаю обедали поздно, ровно в 7 часов, и ровно в 7 часов положил рядом с «Князем» якорь пароход «Сусанин». Капитан «Сусанина» Яков Осипович Возницын был приглашен самим хозяином к обеду. По случаю неудачи видеть Симбирск и монумент Карамзина, у меня родился и быстро вырос великолепный проект: за обедом напиться пьяным. Но увы, этот великолепный проект удался только вполовину.

После обеда зашли мы в капитанскую светелку (так называют волжские плаватели (матросы) напалубную капитанскую каюту) и принялися за чай. Между прочими интересными разговорами за чаем Возницын сказал, что он после закрытия волжской навигации едет в свое поместье (Тверской губернии) по случаю освобождения крепостных крестьян. Он хотя и либерал, но, как сам помещик, проговорил эту великолепную новость весьма не с удовольствием. Заметя сие филантропическое чувство в помещике Тверской губернии, я почел лишним завести разговор с помещиком о столь щекотливом щекотливом для него предмете. И не разделив восторга, пробужденного этой великой новостью, я закутался в свой чапан и заснул сном праведника.

В 6 часов вечера приходил к капитану нашему нек[и]й герр Ренинка[м]пф, агент компании фирмы «Меркурий». Пошлая, лакейско-немецкая [физиономия], и ничего больше! А между прочим, эта придворно-лакейская физиономия принадлежит статскому советнику и председателю какой-то палаты, чуть ли не казенной!


Примітки

Сенгилей – повітове місто Симбірської губернії, торговельна пристань на правому березі Волги; засноване 1666 р. як фортеця; сюди висилали учасників стрілецьких бунтів кінця XVII ст.

взглянуть на монумент Карамзина. – Пам’ятник М. М. Карамзіну, споруджений у Симбірську за ескізами скульптора С.І. Гальберга 1845 р.

терял надежду видеть на месте… музу истории, которую я видел только в [г]лине в мастерской незабвенного Ставассера. – Муза історії Кліо – головна деталь пам’ятника М.М. Карамзіну в Симбірську. її виліпили скульптори А.А. Іванов і П.А. Ставассер, а відлив у бронзі П.К. Клодт. Ставассер Петро Андрійович (1816–1850) – російський скульптор, знайомий Шевченка часів його навчання в Академії мистецтв.

Другой раз я проезжаю мимо Симбирска… в 1847 меня провез фельдъегерь… – Шевченко згадує жандармського фельд’єгеря Віддера, який на початку червня 1847 р. супроводжував його на заслання.

Возніцин Яків Йосипович – походив з поміщиків Тверської губернії. До середини 1850-х років служив на пароплавах Балтійського і Чорного морів. У серпні 1856 р. був звільнений з 8-го флотського екіпажу для служби на комерційних суднах пароплавної компанії «Меркурій».

нек[ий] гер Ренинка[м]пф… – Ренненкампф Рудольф Петрович – голова симбірської палати кримінального суду, довірена особа пароплавної компанії «Меркурій» у Симбірську.

Л. Н. Большаков (за участю Н. О. Вишневської)