Початкова сторінка

Тарас Шевченко

Енциклопедія життя і творчості

?

24.10.1847 р. До В. М. Репніної

24 жовтня 1847 р. Орська фортеця Крепость Орская. 24 октября] 1847.

По ходатайству вашему, добрая моя Варвара Николаевна, я был определен в Киевский университет, и в тот самый день, когда пришло определение, меня арестовали и отвезли в Петербург 22 апреля (день для меня чрезвычайно памятный), а 30 мая мне прочитали конфирмацию, и я был уже не учитель Киевского университета, а рядовой солдат Оренбургского линейного гарнизона!

О, как неверны наши блага,

Как мы подвержены судьбе.

И теперь прозябаю в киргизской степи, в бедной Орской крепости. Вы непременно рассмеялись бы, если б увидели теперь меня. Вообразите себе самого неуклюжего гарнизонного солдата, растрепанного, небритого, с чудовищными усами, – и это буду я. Смешно, а слезы катятся. Что делать, так угодно Богу. Видно, я мало терпел в моей жизни. И правда, что прежние мои страдания, в сравнении с настоящими, были детские слезы: горько, невыносимо горько! и при всем этом горе мне строжайшего запрещено рисовать что бы ни было и писать (окроме писем), а здесь так много нового, киргизы так живописны, так оригинальны и наивны, сами просятся под карандаш, и я одуреваю, когда смотрю на них. Местоположение здесь грустное, однообразное, тощая речка Урал и Орь, обнаженные серые горы и бесконечная киргизская степь. Иногда степь оживляется бухарскими на верблюдах караванами, как волны моря зыблющими вдали, и жизнию своею удвоевают тоску. Я иногда выхожу за крепость, к караван-сараю или меновому двору, где обыкновенно бухарцы разбивают свои разноцветные шатры. Какой стройный народ, какие прекрасные головы! (чистое кавказское племя) и постоянная важность, без малейшей гордости.

Если бы мне можно рисовать, сколько бы я вам прислал новых и оригинальных рисунков. Но что делать! А смотреть и не рисовать – это такая мука, которую поймет один только истинный художник. И я все-таки почитаю себя счастливым в сравнении с Кулишем и Костомаровым, у первого жена прекрасная, молодая, а у второго бедная, добрая старуха мать, а их постигла та же участь, что и меня, и я не знаю, за какое преступление они так страшно поплатились. Вот уже более полугода я не имею никакого понятия о нашей бедной новой литературе, и я просил бы вас, добрая Варвара Николаевна, ежели достанете последнее сочинение Гоголя «Письма к друзьям», то пришлите мне, вы сделаете доброе дело, и, если можно, «Чтение Московского археологического общества», издаваемое Бодянским. Я мог бы выписать все это сам, но… пришлите, добрая Варвара Николаевна, это будет вернее, и Бог вам заплатит за доброе дело. Адрес мой сообщит вам Андрей Иванович. Моя сердечная благодарность княгине Варваре Алексеевне и всему дому вашему моя любовь и уважение, прощайте, желаю вам всех благ и иногда вспоминать бесталанного

Т. Шевченка.

Княжне Варваре Николаевне.


Примітки

Подається за факсимільною копією автографа [Лазебник Ю. Женевський щоденник. – К., 1963. – с. 136 – 137].

Чистовий автограф зберігається в бібліотеці Женевського університету. Потрапив він туди від нащадків Шарля Ейнара, якому В. Репніна вислала автограф, знявши з нього рукописну копію (Інститут літератури ім. Т. Г. Шевченка НАН України, відділ рукописів, ф. 1, № 203). Ш. Ейнар жив у містечку Роль біля Женевського озера.

Вперше надруковано в журналі «Киевская старина» (1893. – № 2. – С. 262 – 263) з пропуском слова «только» у реченні: «А смотреть и не рисовать – это такая мука, которую поймет один только истинный художник».

Вперше введено до збірника творів у виданні: Шевченко Т. Твори-В 2 т. – СПб., 1911. – Т. 2. – С. 352.

По ходатайству вашему… я был определен в Киевский университет… – Можливо, й сама ініціатива щодо роботи Шевченка в Київському університеті виходить від Репніних, зокрема Варвари Миколаївни, яка з пієтетом ставилася до поета. На клопотання Репніних Шевченка було призначено на посаду вчителя малювання Київського університету [Тарас Шевченко. Документи та матеріали до біографії. – С. 87 – 88].

в тот самый день, когда пришло определение, меня арестовали… – Лист міністра народної освіти С. С. Уварова про призначення Шевченка учителем малювання Київського університету датовано 21 лютого 1847 р., а в Києві його одержано 2 березня. Але оскільки Шевченка тоді в місті не було, він довідався про це рішення тільки в день арешту – 5 квітня 1847 р. До Петербурга Шевченка привезли не 22 квітня (як зазначено в листі), а 16 квітня [Тарас Шевченко. Документи та матеріали до біографії. – с. 133].

О, как неверны наши блага, Как мы подвержены судьбе. – Так по пам’яті поет цитує рядки з поеми К. Ф. Рилеєва «Войнаровский»:

О, как неверны наши блага,

О, как подвластны мы судьбе.

их постигла та же участь, что и меня… – Як і Шевченко, П. Куліш та М. Костомаров притягались у справі Кирило-Мефодіївського братства, але покарання зазнали значно меншого: М. Костомарова після року ув’язнення вислали до Саратова, а П. Куліш перебував у в’язниці лише чотири місяці, після чого жив у Тулі. Обидва вони були на державній службі. Незабаром їм було дозволено жити у Петербурзі.

ежели достанете последнее сочинение Гоголя «Письма к друзьям», то пришлите мне… – Мова йде про книгу М. В. Гоголя «Выбранные места из переписки с. друзьями» (СПб., 1847). Цю книгу В. Репніна вислала Шевченкові, про що писала в листі від 19 березня 1848 р. [Листи до Тараса Шевченка. – С. 57].

и, если можно, «Чтение Московского археологического общества»… – Тобто «Чтения в Императорском обществе истории и древностей российских», що почали виходити 1845 р. за редакцією О. М. Бодянського, який з 1846 р. був секретарем цього товариства.

Андрей Иванович – А. І. Лизогуб.

Варвара Алексеевна – мати В. М. Репніної.

В. Є. Шубравський

Подається за виданням: Шевченко Т.Г. Повне зібрання творів у 12-и томах. – К.: Наукова думка, 2003 р., т. 6, с. 36 – 37 (текст), с. 333 – 334 (примітки).